Отметим, что ЦБ по итогам квартала обычно значительно корректирует свои предварительные оценки, и итоговые данные обычно оказываются близки к значениям, получающимся в нашей модели. Однако, даже по предварительным оценкам, такое расхождение выглядит высоким и может быть обусловлено падением (г./г. и м./м.) экспортируемых объемов газа (это могло произойти из-за восстановления цен) и нефти (в т.ч. из-за условий соглашения ОПЕК+, по предварительным данным ЦДУ ТЭК, отмечается спад экспорта г./г. как по трубопроводам, так и по перевалке в портах), опережающим восстановлением импорта (в том числе услуг, связанных с поездками за границу). Такое низкое сальдо торгового баланса в январе объясняет все еще сохраняющийся дефицит валютной ликвидности в системе (судя по расширенным базисным спредам OIS-FX swap, ~70-100 б.п.): большие объемы поступившей валюты ушли через покупки валюты Минфином (4,5 млрд долл.), а также на погашение внешнего долга (по внешним кредитам и займам корпорации должны были выплатить или рефинансировать 6,3 млрд долл.). В результате банки не смогли пополнить свои высоколиквидные активы до нормального уровня, после их снижения в декабре прошлого года.

Мы скорректировали нашу модель на эти факторы: в случае сохранения нефти и курса рубля на своих средних значениях с начала февраля (Brent 66 долл./барр., 57,4 руб./долл., соответственно), по нашим оценкам, сальдо счета текущих операций в феврале и марте составит 7,6 млрд долл. и 9 млрд долл. соответственно, из них 9 млрд долл. уйдет с покупками Минфина. Таким образом, лишь к концу марта уровень валютной ликвидности нормализуется, если, конечно, не усилится коррекция нефти. Кроме того, большой объем средств (~5,5 млрд долл.) может уйти в результате закрытия сделки по покупке CEFC акций Роснефти. Текущие низкие ставки по рублевым средствам из-за избытка рублевой ликвидности создают условия для осуществления операций валютный своп для привлечения долларовой ликвидности (отмечается интерес к таким сделкам, в том числе со стороны компаний, для которых прямое привлечение валютного долга может быть ограничено санкциями).

По нашему мнению, дефицит валютной ликвидности будет препятствовать укреплению рубля (традиционного для 1 кв.) и делать его более чувствительным к снижению цен на нефть.