"Южный Сахалин и Курильские острова вошли в состав нашей страны на законных основаниях в соответствии с решениями союзных держав 1945 года и являются неотъемлемой частью территории Российской Федерации, - отметил А.Нестеренко. - Это объективная реальность, сложившаяся по итогам Второй мировой войны и имеющая под собой прочную международно-правовую основу". "Поэтому любые попытки ставить упомянутую реальность под сомнение, какими бы оговорками они ни сопровождались, являются неприемлемыми", - подчеркнул он.
"Не может не вызывать недоумения, что "ответ" правительства Японии был обнародован на фоне неоднократно декларировавшихся в последнее время намерений японского руководства строить отношения с Россией как с важным партнером в АТР, а также предпринимаемых сторонами усилий по реализации достигнутых лидерами России и Японии в ходе их встреч в 2008-2009 годах договоренностей о продвижении взаимовыгодного сотрудничества в торгово-экономической и других сферах", - указал представитель МИД РФ.
"Содержащиеся в "ответе" японского правительства невнятные и двусмысленные ремарки по поводу принадлежности Южного Сахалина выглядят тем более странно, что эта российская территория прочно вошла в число ключевых районов тесной российско-японской кооперации, в том числе в такой стратегически важной сфере, как энергетика, - продолжил он. - Об этом свидетельствует успешный ход реализации сахалинских нефтегазовых проектов, в том числе открытие 18 февраля на Сахалине завода по производству сжиженного природного газа".
А.Нестеренко напомнил, что как раз на церемонии его открытия присутствовал премьер-министр Японии Т.Асо, прибывший на Сахалин по приглашению президента РФ Дмитрия Медведева, а в Южно-Сахалинске состоялась весьма содержательная и результативная российско-японская встреча на высшем уровне.
"Совершенно очевидно, что заявления, подобные упомянутому "ответу", не способствуют совместной конструктивной работе по развитию российско-японского сотрудничества и наносят существенный ущерб общей позитивной атмосфере двусторонних отношений, доверию и добрососедству, без которых невозможно рассчитывать на урегулирование сложных вопросов, имеющихся в двусторонних отношениях, включая и проблематику мирного договора", - подчеркнул российский дипломат.
В ответ на запрос одного из депутатов японского парламента о том, не означает ли поездка Т.Асо в Южно-Сахалинск признание принадлежности Южного Сахалина России, правительство Японии отметило, что вопрос о принадлежности этой территории "окончательно не определен", и что поездка премьер-министра, как и учреждение генконсульства Японии в Южно-Сахалинске, "не оказывают влияния на вопрос о юридическом статусе Южного Сахалина". При этом в комментарии есть оговорка, что "после подписания Сан-Францисского мирного договора 1951 года Япония неправомочна давать разъяснения по поводу того, кому принадлежит эта территория".