Число занятых в строительной отрасли России в 2012 году достигло 5,4 миллиона человек, заявил на XIX съезде Российского союза строителей глава министерства регионального развития РФ Виктор Басаргин. Он не уточнил величины прироста, а также не пояснил, в какой мере цифра учитывает трудовых мигрантов. Более того, в докладе по итогам 10 месяцев 2011 года, с которым Басаргин выступал на ведомственном всероссийском совещании "Строительный комплекс – локомотив развития экономики России", статистика была немного другой. Тогда чиновник насчитал 3,1 миллион работающих в отрасли, или 6,6% от общей численности трудоустроенного населения. За несколько месяцев занятость на рынке ни с того ни с сего выросла на два с лишним миллиона? Поверить в это тяжело. Если только не заподозрить авторов статистики в том, что они посчитали и теневой рынок (долю нелегальных строителей Росстат в 2009 году оценивал в 10,1% от общего числа занятых в теневой экономике).
Плохо соотносятся и оценки "мультипликативного эффекта": еще недавно, по словам Басаргина, строитель давал работу десятку коллег из смежных отраслей, теперь же министр говорит о поддержке "до двух миллионов человек" за счет увеличения рынка труда внутри стройкомплекса.
Статистическая каша в головах чиновников не заслуживала бы такого внимания, если бы не реальное состояние дел в строительной сфере – в целом довольно далекое от бравурных речей на отраслевых форумах.
Производительность труда в этом секторе экономики традиционно является одной из самых низких. Как следует из расчетов консалтинговой компании McKinsey, за год на российского строителя приходится 19 квадратных метров – против 51 у его шведского коллеги и 81 у американского. В своем исследовании "Производительность в секторе жилищного строительства" (2009 г.) McKinsey объясняет сложившуюся ситуацию низким качеством подготовки строительных специалистов, архаичностью отраслевых норм и бюрократической волокитой.
Строительство в стране действительно душит почти уникальная по своей коррупционности и неэффективности система согласований. По оценкам все той же McKinsey, этот процесс занимает в России в шесть раз больше времени, чем в развитых странах и вдвое больше, чем в развивающихся. Характерным в этом смысле является обещание в десять раз сократить сроки согласования разрешительной документации, данное в понедельник премьер-министром РФ Владимиром Путиным на совещании в Истре. Иными словами, из 700 дней, в которые в среднем оценивается время обивания порогов, 630 – бессмысленная, с точки зрения реализации проектов, трата времени.
Классический контраргумент Минрегиона – динамика объемов. Даже в нынешних непростых условиях цифры ввода жилья растут. А что, если не это, служит ключевым показателем развития сектора? Так, по Росстату, за 2011 год жилья в стране было сдано 62,3 миллиона квадратных метров – на 6,8% больше, чем годом ранее. Объем работ, выполненных по виду деятельности "Строительство", тоже увеличился на 5,1%. При этом строится все равно мало. По свежим оценкам Ассоциации региональных банков России, обеспеченность жильем в России составляет не более 40% от уровня развитых стран. А если не считать бараки и прочие малопригодные для проживания здания – то всего 20%.
Кроме того, количественные данные о вводе жилья ничего не говорят о качестве. Об этом покупателям дорогих (зачастую баснословно дорогих) квадратных метров в российских новостройках предоставляется судить самим. Регулярные сообщения об угрожающем техническом состоянии домов, обрушении стен и целых зданий – в частности, на этапе их строительства, как это накануне случилось на юге столицы – косвенно свидетельствуют о недостаточно высоких профессиональных стандартах. Впрочем, власти обычно отметают все обвинения в бесконтрольности горе-строителей. Так произошло и на сей раз – рухнувший дом, возводимый в Москве гастарбайтерами, официально объявлен самостроем.
Евгений Карасюк, ПРАЙМ