Правительство намерено заставить бизнес отказаться от вывода капитала через офшоры и обещает внести необходимые поправки в законодательство. Бороться с офшорами, конечно, можно, говорят юристы и перечисляют способы "законодательной" борьбы. Правда, куда более эффективно создать внутри России такой деловой климат, чтобы инвесторы не разбегались, а стремились разместить капиталы внутри страны.

Конец офшорам

Премьер-министр Владимир Путин объявил войну офшорам. На юбилейном съезде "Деловой России" 21 декабря он заявил, что считает необходимым скорректировать российское законодательство для предотвращения ухода бизнеса в офшоры и формирования нормального делового климата.

Премьер пообещал, что власти будут делать все, чтобы бизнес мог развивать свои предприятия и завоевывать новые рынки сбыта, но при этом и сам бизнес должен понимать свою ответственность перед страной, не прятать деньги и активы в офшорах и уходить от налогов.

При этом глава правительства подчеркнул, что он не против офшоров в целом. Днем ранее Путин сказал, что закон не запрещает хранить за рубежом полученную прибыль, но только после того, как с нее уплачены налоги в России. "Кто хочет хранить где-то за рубежом - пожалуйста. Закон это не запрещает, но вывод через подставные фирмы финансовых ресурсов из отраслевого оборота недопустим", - сказал Путин.

"С офшорным наследием эпохи дикой приватизации нужно заканчивать, иначе ни о каком нормальном климате в стране, о доверии к нам речи быть не может", - добавил он. Проблема, например, в том, что "за офшором не видно конечного бенефициара", и это останавливает потенциальных инвесторов, сказал премьер.

Минимизация налогов

Регистрация компании в оффшоре позволяет уменьшить налоговые платежи, иногда – до нуля процентов, говорят эксперты.

Бороться с офшорами очень трудно. Они свято чтут конфиденциальность бенефициаров (то есть конечных выгодоприобретателей), а реестры компаний, зарегистрированных там, закрытые.

Кроме того, часто цепочка компаний, ведущая к офшорной, достаточно длинная, и налоговики "не видят" конечного собственника. В этом случае доходы выплачиваются из России в офшор не напрямую, а через промежуточную компанию, учрежденную в стране, с которой у РФ есть соглашение об избежании двойного налогообложения, например, через Кипр.

На Кипре ставка налога на прибыль составляет 10%, в России - 20%. В случае выплаты через промежуточную компанию размер налогов с перечисляемой суммы значительно снижается, а перевод денег с Кипра в классический офшор (Кипр – низконалоговая зона, но после вхождения в ЕС к офшорам не может быть отнесен) вообще не будет облагаться налогами, так как местное законодательство не предусматривает налогообложение при выводе денег из страны.

"Наличие офшоров – это мировая практика. Если деньги кажутся в настоящий момент избыточными, если нет четких представлений о будущем, если ситуация в экономике, в глобальной финансовой системе остается напряженной, то вывод денег в оффшоры выглядит достаточно логичным", - говорит РИА Новости главный экономист ИК "Тройка Диалог" Евгений Гавриленков.

Бизнес под прикрытием

"Впрочем, вывод активов в офшоры часто связан не столько с желанием вывести прибыль из-под налогообложения, сколько с желанием защитить свои активы от рейдерских атак", - пояснила РИА Новости директор департамента абонентского обслуживания аудиторской компании МКПЦН Татьяна Винокурова.

Владение фирмой через офшор позволяет скрыть его истинного владельца. "Это единственный и ключевой фактор защищенности этого человека от произвола коррумпированных чиновников, судей и правоохранительных органов", - говорит РИА Новости директор московского офиса компании Tax Consulting U.K. Эдуард Савуляк.

Вся эта таинственность - не от хорошей жизни, говорит Савуляк. "Если тебя не знают, то на тебя не нападут, не отберут бизнес и не посадят. Плачевные примеры рейдерских захватов крупнейших российских банков, сотового ритейла, нефтяных компаний, где собственники были на виду, встречаются ежегодно, - напоминает он. - А активы у "неизвестных" собственников пока не отбирали".

Выяснять личность бенефициара тем более проблематично, что такого понятия в российском законодательстве просто нет: есть только акционеры компании и учредители, пояснил эксперт.

"Вообще наличие офшоров, через которые часть бизнесменов владеет своими активами – это четкий и наглядный сигнал, что российская правоохранительная и судебная система не может обеспечить достаточный комфорт собственникам, чтобы они владели своими активами здесь и платили налоги", - говорит РИА Новости главный экономист АФК "Система" Евгений Надоршин. В первую очередь это кивок в сторону российской правоохранительной системы, подчеркивает он.

Как стать эффективней Кипра

Бороться с офшорами можно по-разному, говорят эксперты.

Лучшее решение – сделать деловой климат в стране таким, чтобы бизнесу было выгодно оставаться в стране и невыгодно уходить в офшоры, говорит Эдуард Савуляк. Ведь бороться с офшорами приходится государствам с чрезмерно высокой налоговой нагрузкой, а низконалоговые страны таких проблем не имеют. "Разве кто-то слышал про аналогичные российским проблемы в Гонконге, на Кипре, в Лихтенштейне или в ОАЭ?", - приводит пример эксперт.

"Так давайте станем лучше Кипра, Гонконга или Эмиратов, переманим у них деньги, и пусть уже тогда они вносят нашу страну в свои "черные" списки и умоляют вернуть их капиталы", - дает свой рецепт Эдуард Савуляк.

Чтобы российские компании не стремились в офшоры, законодательство должно быть конкурентоспособным, стабильным и единым для всех, говорит РИА Новости партнер PricewaterhouseCoopers Екатерина Лазорина. "Ведь часто использование иностранной юрисдикции вызваны не попыткой минимизировать налоги, а возможностью применения более гибкой системы права с более понятными правилами игры, - говорит эксперт. – Это особенно важно, если в структуру сделки входят иностранные инвесторы".

Закон против оффшора

Помимо улучшения делового климата, в стране можно, как и предложил Владимир Путин, выстроить законодательные препятствия для перевода активов в низконалоговые юрисдикции.

"Активность в офшорах может сильно "подрезать" отказ от двусторонних договоренностей об избежании двойного налогообложения", - сказал Евгений Надоршин.

Дело в том, что сейчас такое соглашение фактически позволяет владельцу компании платить налоги в стране с более низкими ставками налогов.

"Безусловно, можно на уровне законодательства помешать компаниям, находящимся в оффшорах, владеть российскими активами", - добавляет Надоршин. Но это не очень разумный вариант, это решение не будет нормально воспринято ни российским бизнесом, ни иностранным, предполагает эксперт. "Это, скорее, будет мерой, которая оттолкнет те немногие инвестиции, которые российская экономика привлекает", - сказал Надоршин.

Возможно, еще одним эффективным способом борьбы с оффшорами будет применением мировой практики, когда банкам предписано информировать государство об офшорной деятельности их клиентов, полагает руководитель юридического департамента АКГ "МЭФ-Аудит" Иван Чемичев.

Необходимо ввести новый порядок признания компаний резидентами РФ для целей налогообложения, сказал ведущий консультант отдела налогообложения "Грант Торнтон" в России Александр Ларичев.

"Налогообложение должно осуществляться по месту нахождения менеджмента компании, а не места ее регистрации, - пояснил он. - Также необходимо отменить льготный порядок налогообложения на основании соглашения об избежании двойного налогообложения, если единственной целью сделки было получение необоснованной налоговой выгоды".

Еще необходимо пересмотреть механизмы контроля и привлечения к ответственности за использование схем ухода от налогов с использованием "низконалоговых" юрисдикций, добавил Ларичев.

Эффективной мерой может стать ужесточение контроля за перечислением денежных средств оффшорным компаниям, пояснил РИА Новости руководитель департамента налоговой безопасности и судебной защиты "КСК групп" Дмитрий Малышев.

Первые шаги в этом направлении уже сделаны.

"Недавно налоговики получили право контролировать размер доходов и расходов по сделкам, заключенным с офшорными компаниями", - говорит Малышев.

Кроме того, Высший арбитражный суд указал, что, выплачивая проценты взаимозависимым иностранным организациям, российская компания прежде всего должна руководствоваться положениями российского законодательства, а не соглашениями об избежании двойного налогообложения, напоминает Малышев. Таким образом, если контролируемая задолженность в три раза превысит стоимость чистых активов, российская компания обязана переквалифицировать выплату процентов в выплату дивидендов и удержать налог на прибыль.

С 1 января 2012 года вступит в силу закон о трансфертном ценообразовании, где особое внимание уделяется сделкам с резидентами офшорных юрисдикций, напоминает эксперт BDO в России Николай Симоянов. "Сделки с резидентами офшоров будут автоматически становиться предметами контроля", - говорит он.

Масштаб потерь

Оценить масштаб потерь для российской экономики от использования оффшорных схем эксперты не берутся. "Безусловно, эта сумма достаточно значительная, - полагает Николай Симоянов. – Отказ от использования оффшоров привел бы к увеличению доходов бюджета от налога на прибыль как минимум на 10% по сравнению с текущей ситуацией". Для справки: по данным ФНС, за одиннадцать месяцев текущего года в бюджет было перечислено 2,12 трлн рублей – это 24% от всех собранных налогов.

Впрочем, Эдуард Савуляк говорит, что деньги, выведенные из России в оффшоры, на 90% возвращаются обратно, но под видом иностранных инвестиций. "К иностранному капиталу в нашей стране немного больше уважения, чем к своему собственному, он лучше защищен", - пояснил эксперт.

"Когда правительство говорит про уход капитала в оффшоры, оно почему-то ничего не говорит про приход в российские проекты почти $60 млрд из "офшорного" Кипра, $20 млрд - из Нидерландов, $37 млрд - из Британских Виргинских островов и $30 млрд - из Люксембурга, - рассуждает Савуляк. - Неужели кто–то думает, что эти деньги вложили в Россию богатые иностранцы?".

Иностранные налоговики эффективнее российских

В других странах борьба с оффшорами проводится более результативно, чем в России.

Судя по неофициальной статистике, не более 10% зарубежных компаний используют оффшорные структуры, рассказал Александр Ларичев. "В России доля таких фирм - не менее 80%, - сказал он. - Очевидно, что в России настоящая борьба с оффшорами и выводом капитала еще не началась".

Во многих государствах составлен "черный" список оффшоров. Сделки с зарегистрированными там компаниями не освобождаются от налогообложения, рассказал Николай Симоянов.

Также под пристальное внимание попадают сделки предприятия, если ее собственники создают другие компании в низконалоговых юрисдикциях. В этом случае прибыль будет облагаться по более высокой ставке.

Кроме того, за рубежом от компаний, которые работают через оффшорные юрисдикции, их налоговики часто требует раскрывать всю информацию об операциях, говорит Евгений Надоршин.

"Контроль трансфертных цен в сделках с взаимозависимыми компаниями, обязанность их обоснования - еще одно из направлений, которое активно используется зарубежными налоговыми органами, которые борются с налоговой оптимизацией через оффшоры", - сказала Екатерина Лазорина.

Оценка обоснованности сделки также является инструментом, который используют фискалы при выявлении уклонения от налогов через офшоры.

Борьба с оффшорами - как война с тараканами

Между тем, Эдуард Савуляк говорит, что "с оффшорами бороться без толку: они, как тараканы, еще всех переживут". Намного эффективнее бороться не с оффшорными схемами, а с налоговыми уклонистами – гражданами, которые не платят налоги. Ведь в конечном итоге бизнесмены выводят деньги в оффшоры, чтобы потом их потратить. Или спрятать в надежном банке в спокойной стране.

"Когда власти Германии и Великобритании поняли, что оффшоры им не побороть, они поступили мудро: просто договорились с ненавистной Швейцарией, где припрятано капиталов на $2 трлн, и теперь швейцарские банкиры будут высчитывать налоги с немецких и английских уклонистов, разместивших капиталы в швейцарских банках, а затем перечислять их в бюджет этих стран, - рассказал эксперт. - В итоге Германии перечислено уже $2 млрд, Великобритании – $0,5 млрд. Вот он – успех!"

Мало того, в очередь, с аналогичным просьбой к Швейцарии уже выстроились правительства Португалии и Колумбии, отметил Савуляк.

Мария Селиванова, Владислав Гринкевич, РИА Новости