Сегодня председатель ФРС Джером Пауэлл выступит на заседании Нью-Йоркского экономического клуба. Для инвесторов основной интерес представляет потенциальное изменение риторики американского регулятора: останется ли он верен курсу на постепенное повышение процентных ставок или же, признав серьезность рисков, связанных с замедлением роста мировой экономики, займет более мягкую позицию. Ожидания участников денежного рынка все больше расходятся с прогнозами FOMC, по-прежнему предполагающими три повышения ставки по федеральным фондам (3x25 бп) в следующем году с выходом на уровень 3,4% к 2020 г. В данный момент рынок оценивает вероятность повышения ставки на 25 бп на следующем заседании FOMC (18–19 декабря) в 77%, но при этом на 2019 г. закладывает лишь одно такое повышение. Стоит напомнить, что если раньше изменение ставки происходило лишь в тех случаях, когда заседание FOMC сопровождалось пресс-конференцией, в 2019 г. это возможно по итогам любого из заседаний. Первое заседание в 2019 г. FOMC проведет 29–30 января, а первое заседание, на котором будут обнародованы обновленные экономические прогнозы, состоится 19–20 марта. Именно мартовское заседание представляется наиболее вероятным кандидатом на первое (если не единственное) повышение ставки в 2019 г.

Замглавы ФРС Ричард Кларида в своем вчерашнем выступлении особо остановился на том, что решения по денежно-кредитной политике ФРС принимает, отталкиваясь от данных текущей экономической статистики. Американская экономика продолжает демонстрировать высокие темпы роста, но со следующего года они, вероятнее всего, пойдут на спад. Если положительные темпы роста удастся сохранить до июня 2019 г., нынешняя фаза подъема станет самой длинной в истории США. Однако эффект фискального стимулирования со следующего года, скорее всего, также начнет затухать. Согласно различным прогнозам, в 2019 г. экономический рост в США вернется на уровень долгосрочного тренда, т.е., скорее всего, составит чуть менее 2%. Модель GDPNow ФРБ Атланты, неоднократно доказывавшая свою высокую предсказательную силу, уже указывает на снижение темпов роста в текущем квартале до 2,5%. Инфляционные ожидания, находящиеся в поле зрения Федрезерва, также снижаются, что прежде всего связано с коррекцией на рынке нефти (за последнее время показатель 10-летней вмененной инфляции довольно существенно снизился и в данный момент составляет 1,92%).

Помимо этого, появляется все больше свидетельств замедления в таких чувствительных к изменению процентных ставок отраслях, как автомобилестроение и рынок жилья. На американском рынке акций сохраняется высокая волатильность. Инвесторы также обеспокоены ситуацией на долговых рынках, особенно в сегменте кредитования заемщиков с высокой долговой нагрузкой, где в центре внимания находятся такие проблемы, как понижение рейтингов и значительные потребности в рефинансировании. По мнению ряда комментаторов, рынок «мусорных» облигаций, как когда-то рынок сабпрайм-ипотеки, может стать источником следующего кризиса. Как отмечают аналитики Deutsche Bank, нынешний год – третий по счету за последние 100 лет, по итогам которого более 60% всех глобальных финансовых активов покажут отрицательный рост; ранее такое случалось лишь дважды – в 1920 и 1994 гг.

Между тем в глобальной экономике уже наблюдаются признаки замедления, о чем, в частности, свидетельствует отрицательный рост ВВП Японии и Германии в 3к18. Согласно данным ВТО, в текущем квартале глобальный товарооборот продолжил сокращаться, а объем экспортных заказов достиг рекордно низкого уровня за период с 2012 г. До минимального уровня с февраля 2015 г. снизился индекс уверенности потребителей во Франции, рейтинг поддержки президента которой Эмманюэля Макрона также находится на рекордно низкой отметке. В отношении Италии, экономика которой находится в состоянии стагнации, Еврокомиссия до конца года может инициировать процедуры, связанные с избыточным дефицитом бюджета. Противостояние между Римом и Брюсселем по вопросу бюджетной политики коалиционного правительства страны легко может вылиться в новый долговой и банковский кризис. Данные TARGET2 указывают на то, что «ахиллесовой пятой» монетарной системы еврозоны является задолженность перед Германией в размере 1 трлн евро, основная часть которой приходится на Италию и Испанию. В случае гипотетического выхода Италии из валютного союза Бундесбанк может понести убыток в 500 млрд евро.

Ранее на этой неделе президент ЕЦБ Марио Драги, выступая в Европарламенте, заявил, что ЕЦБ не собирается отказываться от плана до конца года свернуть программу покупки активов. Поскольку ЕЦБ является основным покупателем гособлигаций Италии, итальянскому рынку долга это может грозить дальнейшим усилением волатильности и ростом доходности облигаций. В качестве положительного момента отметим, что, по мнению обозревателей, первое повышение ключевой ставки ЕЦБ произойдет лишь ближе к концу 2019 г. (срок полномочий Драги истекает в октябре следующего года). Кроме того, многие полагают, что ЕЦБ может продлить действие программы долгосрочного кредитования банковской системы (TLTRO).

ФРС США не может позволить себе игнорировать положение дел в мировой экономике. Президент Трамп в интервью газете Washington Post вновь раскритиковал политику Федрезерва, выразив полное неудовлетворение работой Джерома Пауэлла на посту главы центробанка. Сможет ли Трамп добиться своего в отношении процентных ставок – и ослабления доллара, – сказать сложно. Как мы отмечали в наших предыдущих обзорах, Федрезерв мог бы на время приостановить (либо замедлить) процесс сокращения баланса, являющийся одной из форм ужесточения денежно-кредитной политики. Вполне закономерно, что очередное увеличение темпов сокращения баланса ФРС, произошедшее в октябре, сопровождалось масштабными продажами на американском рынке акций.

В преддверии саммита «большой двадцатки», который пройдет в конце этой недели в Буэнос-Айресе, внимание рынка также сосредоточено на торговом споре между США и Китаем. Инвесторы надеются, что компромисс между двумя странами все же будет достигнут, но поступающие новости на эту тему слишком неоднородны, чтобы делать какие-либо выводы. Последняя информация от экономического советника Белого дома Ларри Кадлоу о том, что переговоры зашли в тупик, практически не отразилась на котировках китайских акций или курсе доллара к юаню. 

Отдельная тема – Брекзит. Банк Англии сегодня опубликует свой анализ различных сценариев выхода из ЕС (пресс-конференция назначена на 19:30 мск). Проблема в том, что предыдущий анализ регулятора, предполагавший, что после решения избирателей об отделении от ЕС в 2016 г. безработица в стране вырастет на 500 тыс., а в экономике начнется рецессия, оказался совершенно неверным – равно как и пессимистические оценки Минфина Великобритании и МВФ, ожидавших падения ВВП страны на величину до 9%. Поэтому выводы Банка Англии об экономических последствиях Брекзита не вызывают особого доверия. Внимания заслуживает другая точка зрения, которую высказывает Профессор Дэвид Блейк из Cass Business School, считающий предварительное соглашение по Брекзиту с ЕС «худшим из возможных».

Согласно сообщениям в прессе, Банк Англии полагает, что на горизонте 15 лет после заключения сделки с ЕС на условиях, предложенных премьер-министром Терезой Мэй, ВВП Великобритании окажется на 1–2% ниже, чем он мог бы быть в случае сохранения членства в ЕС. В случае «Брекзита без сделки» этот разрыв увеличивается до 7,6%. «Норвежский вариант» был бы еще хуже, а при «канадском варианте» отставание оценивается в 4,9%. Но если Банк Англии не может даже приблизительно спрогнозировать ситуацию на год вперед, что можно говорить о прогнозе на 15 лет? Да и вообще Банк Англии не видит выгод ни в одном сценарии Брекзита. Между тем ВВП Великобритании в 3к18 вырос на 0,6%, а ВВП Германии – снизился на 0,2%. Возможно, пора перестать говорить о проблемах Брекзита и обратиться к проблемам еврозоны?

Существует и альтернативное мнение, рассматривающее выход Великобритании из ЕС как возможность для развития, а не уничтожения национальной экономики. Роджер Бутл, Джулиан Джессоп, д-р Джерард Лайонс и профессор Патрик Минфорд подготовили и опубликовали Альтернативный экономический анализ Брекзита. Авторы утверждают, что используемые пессимистами экономические модели указывают на негативные последствия Брекзита только потому, что в них изначально закладываются допущения, гарантирующие нужные выводы. Какие вводные, такой и результат. Модели, как правило, предполагают отсутствие изменений в уровне таможенных пошлин и высокие затраты на пересечение границ (хотя, по оценке Всемирного банка, 98% совокупного объема торговли 15 развитых стран не требуют физической проверки). Помимо укрепления суверенитета в результате отказа от подчинения законодательству ЕС, для Великобритании смысл Брекзита состоит в том, чтобы получить возможность снижения импортных пошлин в рамках правил ВТО, а также заключения самостоятельных торговых соглашений с такими странами, как США, Китай и Япония. Это было бы выгодно для британских потребителей, поскольку они получили бы доступ к товарам по более низким мировым ценам (положительный эффект с точки зрения ВВП в этом случае мог бы составить до 4%) и избавились бы от необходимости покупать товары из ЕС, цены на которые завышены с целью защиты европейских производителей. Для справки, Великобритания экспортирует в ЕС лишь 12% своего ВВП, поэтому нам представляется по меньшей мере странным, когда анализ Брекзита показывает значительные негативные последствия для ВВП. Между тем голосование по договору с ЕС в британском Парламенте назначено на 11 декабря. Бывший руководитель аппарата министра по вопросам Брекзита Стюарт Джексон напоминает, что важной датой будет 21 января 2019 г., когда, согласно закону о выходе из ЕС, премьер-министр Великобритании обязан сообщить Парламенту причины, по которым сделка была или не была согласована с ЕС.