В ближайшую пятницу совет директоров Банка России примет решение по ключевой ставке. По нашей оценке, регулятор будет вынужден повысить ее на 25 базисных пунктов из-за возвращения к закупке валюты на открытом рынке, о котором, по всей видимости, будет объявлено 14 декабря. С таким решением ЦБ не может затягивать слишком долго, поскольку прямая продажа валюты Минфину не только не увеличивает золотовалютные резервы, но и ведет к снижению ликвидности рынка и росту ставок.

Вынужденное возвращение ЦБ на рынок усилит давление на рубль, которому уже способствует ускорение месячной инфляции (с 0,16% в сентябре до 0,35% в октябре и 0,50% в ноябре, согласно данным Росстата) и рост инфляционных ожиданий: в ноябре участники опроса инФОМ повысили оценку ожидаемой в ближайшие 12 месяцев инфляции до 9,8% (против 9,3% в октябре). В ближайшие месяцы эту тенденцию вряд ли удастся переломить, учитывая грядущее повышение НДС с 18% до 20%, которое, согласно августовской оценке ЦБ, может прибавить к годовой инфляции от 0,6 до 1,5 процентных пункта. 

На рубль сейчас давит и нестабильность нефтяных котировок, которые вернулись к падению уже вскоре после подписания нового соглашения ОПЕК+. Объявленная в прошлую пятницу сделка оказалась менее амбициозной с точки зрения сокращения среднесуточных объемов добычи, чем договоренности двухлетней давности (1,2 млн баррелей вместо 1,8 млн баррелей). Отчасти поэтому участникам сделки не удастся полностью хеджировать риски снижения цен, связанные, в первую очередь, со снижением темпов роста мировой экономики (с 3,8% в 2018 году до 3,6% в 2019-м, как следует из консенсус-прогноза Thomson Reuters) и глобального спроса на нефть (с 1,6% в 2018 году до 1,5% в 2019-м, согласно прогнозу американского Управления по энергетической информации). Устойчивости котировок также угрожает рост нефтедобычи в США, среднесуточный уровень которой, согласно декабрьскому прогнозу EIA, в 2019 году увеличится до 12,06 млн баррелей (против 10,88 млн баррелей в 2018-м). На рынок негативно влияет и «отыгранность» темы антииранских санкций, под влиянием которых Иран в период с мая по ноябрь почти четырехкратно снизил нефтяной экспорт (с 2,4 млн до 660 тыс. баррелей в сутки), дальнейшее сокращение которого, в силу низких объемов, не станет серьезным шоком.

К числу угроз для рубля относится и риск внедрения со стороны США второй части санкций по «делу Скрипаля», которые могут предусматривать, в том числе, запрет на экспорт из России любых товаров (кроме продовольственных) и приостановку двусторонних дипломатических отношений. Приступить ко второй части санкций Госдепартамент обещал спустя 90 дней после объявления первой части ограничений (27 августа), но пока таким правом не воспользовался. В этой связи более значимым для рубля фактором является очередной пик платежей по внешнему долгу, который пришелся на текущий месяц: по итогам декабря российские банки и компании выплатят $13,3 млрд – больше, чем за III квартал 2018 года ($12,6 млрд).

На таком фоне повышение ключевой ставки выглядит оправданным шагом, который позволит снизить давление на рубль. Издержкой подобного решения, как правило, служит экономический рост, однако большее на экономику влияние окажет сделка ОПЕК+ — она приведет не только к сокращению добычи, но и к недозагрузке перерабатывающих мощностей, что отразится на сводной динамике промышленного производства. Ощутимым станет и повышение НДС, из-за которого, по оценке РАНХиГС, прирост ВВП в 2019 году замедлится на 0,2-0,35%. Рост же ключевой ставки будет хеджирован продолжающимся ускорением инфляции, которое уже привело к снижению реальных процентных ставок. Поэтому реальный сектор вряд ли на себе почувствует умеренное ужесточение монетарной политики.