Годовой рост в российской промышленности замедлился до 0,3% в марте с февральских 3,3% и за 1К20 составил 1,5%. Главным образом это результат ухудшения динамики в добывающих отраслях (годовое сокращение выпуска на 1,7% в марте после февральского роста на 2,3%), т. к. слабый внешний спрос вызвал снижение добычи газа (почти на 14% в марте по сравнению с мартом прошлого года) и угля (на 9% в сопоставлении с мартом 2019 года). В обрабатывающей промышленности годовой рост в марте замедлился до 2,6% с февральских 5%, однако это была нормализация, т. к. на данные за февраль позитивно повлиял эффект високосного года. Выработка и распределение электроэнергии, газа и тепла уменьшилась на 2,2% из-за аномально теплой погоды в марте этого года.

Распространение коронавируса и связанные с этим карантинные меры, объявленные в конце марта, имели ограниченное влияние на данные по обрабатывающей отрасли за март; при этом производство некоторых продуктов питания и медикаментов даже расширилось в связи с увеличением спроса на них. Например, выпуск полуфабрикатов и консервированной мясной продукции превысил аналогичные показатели марта 2019 года соответственно на 14% и 27%, а производство лекарств и медицинского оборудования выросло в сравнении с мартом прошлого года на 14,6%.

Тем не менее в обрабатывающей и добывающей отраслях в апреле — мае произойдет значительный спад вследствие снижения внутреннего спроса в связи с карантином и ослабления спроса на энергоносители за рубежом. В 2П20, после смягчения карантина, в обрабатывающей промышленности может начаться восстановление, однако добывающий сектор останется под значительным давлением из-за сокращения добычи нефти по новым договоренностям ОПЕК+. По нашим оценкам, в этом году добыча нефти может упасть на 7,6%. С учетом сравнительно большого веса отрасли (включая все связанные с ней подотрасли) это усилит давление на промышленное производство, а также на рост ВВП в этом году (по нашим оценкам, отрицательный эффект может составить до 0,9 п. п.).