МОСКВА, 27 июн – ПРАЙМ. Рассмотрение в Комсомольском районном суде города Тольятти уголовного дела о масштабных хищениях в отношении владельцев ПАО "Тольяттиазот" (ТОАЗ) вступило в заключительную фазу – ожидается, что 2 июля суд приступит к оглашению приговора.  

Дело возбуждено по статье 159 УК РФ п. 4 – мошенничество в особо крупном размере. Гособвинение попросило суд заочно приговорить к девяти годам колонии общего режима основного акционера "Тольяттиазота" Владимира Махлая и его сына Сергея по делу о хищениях 85 миллиардов рублей.

СЛУШАНИЯ И ПРЕТЕНЗИИ

В целом слушание дела заняло полтора года. "Для такого длительного процесса имелись веские причины. Прежде всего, только объем письменных материалов при поступлении дела в суд занимал около пятисот томов. Уже на стадии исследования материалов дела, которая предваряла допросы свидетелей, стало понятно, что защита избрала тактику максимально возможного затягивания процесса", — рассказал адвокат Московской городской коллегии адвокатов Александр Низов, представляющий АО "ОХК "Уралхим" (истец по данному делу).

По его словам, практически сразу после начала оглашения стороной государственного обвинения материалов дела на суд обрушился шквал претензий со стороны защитников обвиняемых и представителей ТОАЗа, суть которых сводилась к тому, что оглашение материалов происходит слишком быстрыми темпами. Доходило до того, что защитники чуть ли не секундомером фиксировали время, затраченное обвинителями на оглашение тех или иных материалов.

Всего было допрошено почти 100 свидетелей. С учетом того, что значительное количество свидетелей на момент допроса продолжали работать на "Тольяттиазоте", они находились в сложном положении, и, без всякого сомнения, под серьезным прессом со стороны руководства своего предприятия. Оно и в ходе предварительного следствия, и на стадии судебного разбирательства пыталось воспрепятствовать установлению истины по уголовному делу, отметил Низов.

При этом он отметил слаженность и высокий профессионализм прокурорской команды. Активная позиция в процессе и блестящее знание материалов дела позволили обвинителям в ходе допросов получать от свидетелей ценные, обличающие подсудимых показания, зачастую при явном желании самих свидетелей ограничиться лишь набором формальных сведений, сообщаемых суду.

По утверждению адвокатов обвиняемых, в ходе суда были допущены нарушения прав участников процесса со стороны защиты. Однако, по словам Низова, такие заявления — часто практикуемый способ защиты клиента. Это позволяет переключить внимание суда с сути дела на некий "список обид" представителей защиты. 

В результате, о любом негативном с точки зрения защиты процессуальном событии, например, об отказе в удовлетворении ходатайства, адвокаты заявляют как о нарушении их прав. На самом деле, принимая такое решение, суд просто реализует полномочия, предоставленные ему действующим процессуальным законом. "Справедливости ради следует отметить, что в ходе настоящего процесса в удовлетворении ходатайств суд периодически отказывал и нашей стороне, и прокурорам. Мы данные факты воспринимали исключительно как рабочие моменты", — сказал Низов.

Еще один упрек адвокатов суду: не всех свидетелей защиты допросили, в том числе иностранных граждан, которые могли бы дать показания о ценах на аммиак и карбамид. На самом деле, допрошены были все свидетели, чью явку в суд обеспечили защитники. Однако на финальной стадии процесса один из адвокатов заявил о необходимости вызвать на допрос с десяток иностранных граждан, проживающих в самых разных государствах. До этого их имена никаким образом не упоминались в процессе. Кто они такие, какое отношение к делу имеют, защитник не пояснил, но предложил суду вызвать всех этих людей на допрос, используя электронную почту. 

В какой-то момент процесса сторона обвинения была вынуждена заявить о злоупотреблении защитниками своими правами. В конце концов, не только защитники имеют права. "Мы, как компания, признанная потерпевшим по уголовному делу, как лицо, которому причинен огромный материальный ущерб, имеем право на рассмотрение уголовного дела в разумные сроки", — говорит Низов. 

СУДЕБНЫЕ ПЕРИПЕТИИ

Защита обвиняемых утверждает, что уголовное дело основано исключительно на результатах экспертизы цен на продукцию "Тольяттиазота". Однако, по мнению Низова, это не так. Процессуальный закон устанавливает, что никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Утверждение, что одно-единственное доказательство из тысяч, представленных суду, способно повлиять на итоговое решение, вплоть до полного опровержения обвинения, противоречит и букве, и самому духу закона. Предмет доказывания по настоящему делу весьма обширен. Экспертное заключение имеет отношение только к части обстоятельств, подлежащих доказыванию.

Значительное количество обстоятельств, подлежащих доказыванию, были установлены совсем другими доказательствами: документами, изъятыми в ходе обысков и выемок, обширнейшей электронной перепиской, показаниями потерпевших и свидетелей.

При этом по ходатайству защиты были допрошены несколько специалистов, которые предложили суду свои суждения по вопросам, связанным с проведенной по делу экспертизой. Каждый из них предлагал использовать именно его методику. В конечном итоге, специалисты, приглашенные защитниками, вступили в заочную дискуссию между собой, и каждый из выступающих отстаивал свою собственную точку зрения, оппонируя всем остальным.

Недавно защитники обвиняемых стали утверждать, что обвинительное заключение было подготовлено якобы в недрах АО "ОХК "Уралхим", и ссылаются на некий электронный файл. "Это очень интересная история. Уже в самом начале процесса некоторые защитники заявляли о необходимости вернуть уголовное дело прокурору, мотивируя свою позицию тем, что текст обвинительного заключения был изготовлен в "Уралхиме". В подтверждение этого обстоятельства они ссылались на "свойства" некоего файла, имеющегося в их распоряжении", — комментирует Низов.

Ряд СМИ попытались преподнести это как сенсацию. Но никто, кроме самих защитников, этот файл так и не увидел, а сами они ни в каком виде суду его не представили. Закон понимает обвинительное заключение как процессуальный документ, выполненный на бумажном носителе, подписанный следователем, утвержденный прокурором и физически находящийся в уголовном деле, вместе с которым оно и поступает в суд. Вот это и есть обвинительное заключение. Ни о каких файлах, свойствах и прочих электронных премудростях в законе нет ни слова.

Таким образом, заявление о существовании такого файла — ничем не подтвержденное, голословное. Если защита физически представит что-то суду в подтверждение своего заявления о том, что следователь не является автором обвинительного заключения, тогда будут выясняться все обстоятельства. 

Кроме этого, фигуранты данного дела замешаны и в других уголовных делах. Недавно СМИ сообщили об аресте председателя правления АО "Тольяттихимбанк" Александра Попова уже в рамках нового уголовного дела, возбужденного по 210 статье УК РФ (организация преступного сообщества или участие в нем). 

Как сообщается на сайте СК РФ, в зависимости от роли каждого Владимиру Махлаю, Александру Макарову, Евгению Королеву, Александру Коренченко, Александру Попову, Сергеюй Махлаю, Ольге Камашевой, Алексею Виноградову, Ксении Балашовой, Андрею Мизгиреву, Людмиле Милосердовой, Эндрю Циви и другим их соучастникам инкриминируются организация преступного сообщества и участие в нем, мошенничество, уклонение от уплаты налогов. По версии следствия, в Тольятти в 2002-2004 годах они в группе вошли в состав созданного в 1997 году организованного преступного сообщества, возглавляемого Владимиром Махлаем. Его целью стало завладение путем мошенничества имуществом "Тольяттиазота" и других лиц и уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере в целях личного обогащения.  

Защита обвиняемых вновь утверждает, что обвинения в адрес Попова беспочвенны. Однако Низов не исключает и других арестов в рамках этого нового дела.