В среду, выступая на правительственном часе в Государственной Думе, глава МИД РФ Сергей Лавров заявил, что Россия не поддержит чрезмерные санкции в отношении Ирана. "Мы раньше договаривались воздействовать на Иран постепенно, соразмерно реальной ситуации, и чрезмерных санкций мы поддерживать не будем", - сказал он. Кроме того, главный российский дипломат сделал еще одно важное заявление в стенах парламента. По словам С.Лаврова, связи между проектом сооружения российскими специалистами АЭС в Бушере и программой Ирана по обогащению ядерного топлива не существует. Сообщение от 20 марта в газете New York Times о том, что из анонимных источников стало известно об ультиматуме Ирану со стороны России с требованием прекратить обогащение урана, он назвал "нечистоплотным приемом". По его словам, это означает, что тем, кто имел отношение к переговорам, стало "выгодно выставить Россию в невыгодном свете". С. Лавров подчеркнул, что проект строительства АЭС в Бушере – образец того, как действует режим нераспространения и как работают инструменты МАГАТЭ.
Глава МИД также отметил, что в настоящее время обсуждается проект резолюции Совбеза ООН в отношении Ирана. В среду вечером он будет впервые обсуждаться на уровне всех членов СБ ООН. В случае принятия новой резолюции в отношении Ирана, введение жестких экономических санкций может негативно сказаться на военно-техническом сотрудничестве Москвы и Тегерана. Действительно, в проекте новой резолюции содержится запрет на экспорт иранского оружия и призыв воздержаться от продажи вооружений Ирану. Документ также предлагает странам и международным финансовым организациям не предоставлять Ирану кредиты и гранты /за исключением гуманитарных целей/ и замораживает счета юридических и физических лиц, причастным к ядерным и ракетным проектам.
Однако, несмотря на то, что России стоило больших усилий доказать мировой общественности, что строительство АЭС в Бушере следует относить к "мирным" ядерным программам, этот проект внес некую интригу в процесс согласования резолюции. Консультации в СБ ООН по времени совпали с тяжелейшими переговорами Москвы и Тегерана по поводу сроков строительства Бушерской атомной станции. Как известно, на прошлой неделе российская делегация возвратилась из иранской столицы, как говорится, ни с чем, так и не сумев решить проблему финансирования данной "стройки". Иранская сторона с середины января перестала осуществлять платежи, между тем, по контракту каждый месяц необходимо вносить по 25 млн долл. До сих пор доподлинно неизвестно, почему Иран прекратил финансирование. Однако Москва, возмущенная таким поведением партнера, заявила, что первый блок АЭС в Бушере осенью пущен не будет. Кроме того, появилась информация о том, что российская сторона в марте не будет поставить на станцию топливо.
Резкие заявления Москвы породили массу спекуляций относительно того, что отказ Тегерана финансировать строительство АЭС в Бушере – это шантаж и элемент давления на Москву со стороны Ирана, который таким образом пытается заставить Россию проголосовать против принятия иранской резолюции. Та же New York Times со ссылкой на анонимные источники сообщила, что на встрече заместителя секретаря Высшего Совета национальной безопасности Ирана Али Хоссейни-Таши с главой Совбеза РФ Игорем Ивановым российская сторона выдвинула ультиматум. Якобы, ядерное топливо для АЭС в Бушере не будет поставляться до тех пор, пока Иран не подчинится требованию СБ ООН приостановить работы по обогащению урана. Иранская сторона ответила на эти спекуляции, заявив, что Россия, наоборот, стремилась убедить Тегеран, что "проблемы АЭС в Бушере не имеют никакого отношения к "ядерному досье". Теперь МИД РФ официально заявил, что Россия все же будет поставлять топливо на АЭС в Бушере. При этом никаких пояснений, сдвинулся ли с "мертвой точки" вопрос финансирования проекта, не поступило.
Итак, Россия принимает два явно "дружественных" решения по отношению к Тегерану – Москва, даже при отсутствии финансирования, будет отгружать топливо для АЭС в Бушере. Кроме того, Россия может заблокировать новую резолюцию по Ирану, несмотря на то, что данное решение вызовет жесткую критику со стороны США. Америка, очевидно, в очередной раз обвинит Москву в потакании политике маргинальным режимам. РФ будут критиковать за пособничество мировому терроризму в целом и президенту Ирана Махмуду Ахмадинежаду в частности. Однако попытаемся понять, насколько эти обвинения в адрес нынешнего руководства РФ болезненны для Кремля.
В последнее время Владимир Путин неоднократно давал понять Западу, что Россия не собирается жертвовать своими экономическими, финансовыми и бизнес интересами в мире ради того, чтобы нравится США и соответствовать узаконенным ими принципами "просвещенной" демократии. В настоящий момент в российской элите есть четкое понимание того, что все попытки Москвы наладить более тесные экономические контакты с Вашингтоном наталкиваются на нежелание США пустить на американский рынок российские компании. Свои финансовые интересы теперь Россия пытается реализовать в так называемых третьих странах – Китае, Индии, Алжире и пр. Несомненно, военно-техническое и энергетическое сотрудничество с Ираном также отражает сегодняшнюю стратегию России в этой сфере.
Накануне В.Путин провел первое в этом году заседание Комиссии по вопросам военно-технического сотрудничества РФ с иностранным государствами. Президент заявил, что необходимо наращивать экспорт не только военной продукции, но и комплектующих, а также развивать сервисное обслуживание российской техники и вооружений за рубежом. Создание совместных предприятий с иностранными партнерами так же должно стать приоритетным направлением военно-технического сотрудничества. Кроме того, глава государства подчеркнул, что общий объем портфеля военных заказов в настоящее время составляет порядка 30 млрд долл. По его словам, необходимо и дальше расширять присутствие российских вооружений и технологий на внешних рынках.
Получается, что Москве совершенно невыгодны жесткие санкции в отношении Ирана. Особенно предполагая, что США далеко, а Иран с его многомиллиардными контрактами близко. Поэтому России легче попытаться себя уговорить, что Иран собирается вести взвешенную ядерную политику, и не ссориться с ним, нежели идти на поводу у Вашингтона. Тем более, не факт, что хорошее отношение США обернется для нас какими-либо экономическими преференциями. А уж как потом наша страна будет решать проблемы с Тегераном – а они вполне могут появиться – вопрос другой.
