Просроченная задолженность никуда не денется, рассуждает директор Центра экономических исследований Московской финансово-промышленной академии, к.э.н. Сергей Моисеев. Плохие долги будут "висеть" на балансах еще несколько месяцев, если, конечно, не произойдет внезапного роста банковской рентабельности, и организации не начнут списания задолженностей.
По его данным, на 1 сентября 2009 г просрочка по кредитам составляет 4,76 проц от кредитного предложения. Население, при этом, является более злостным неплательщиком - 6,2 проц от выданных кредитов относятся к просроченным. С корпоративными займами дела обстоят получше: "нехороших" долгов накопилось на 5,7 проц.
По данным агентства Moody's, объем проблемных кредитов российских банков к концу 2009 г превысит 110 млрд долл, а доля просрочки в общем кредитном портфеле российских банков достигнет 20 проц. Кроме того, по оценке Moody's, в середине текущего года доля просрочки в российской банковской системе составляла 11 проц, или 70 млрд долл.
Разница в цифрах объясняется отчасти методологией подсчета. По западной системе к просроченным платежам относится вся сумма выданных кредитов, выплат по которым не было в течение 90 дней. Российские денежные власти подсчитывают плохие долги, учитывая лишь сумму просроченных процентных платежей, оставляя тело кредита вне статистики.
В 2009 году рынок кредитования просел процентов на 10 в реальном исчислении, считает депутат Государственной Думы РФ, член Комитета по финансовому рынку Павел Медведев. А ведь еще в 2006 году рост сектора кредитования физических лиц шел небывалыми темпами, что позволило многих банкам вести себя "неприлично".
Кредитное предложение росло до февраля 2007 года, затем, вплоть до лета объемы снижались, уточняет С.Моисеев. Сейчас на рынке стагнация, полагает экономист, который, кстати, "ни при каких условиях кредиты бы брать не стал". Видимо, С.Моисеева не устраивают процентные ставки, которые, кстати, по его мнению, будут плавно дрейфовать вниз.
С января по июль 2009 года средняя процентная ставка по кредиту снизилась с 17,1 до 14,9 проц, соглашается П.Медведев. Несмотря на непоказательность "средних значений", можно ожидать и дальнейшего монотонного снижения ставок.
Стоит отметить, что крупным корпорациям займы обходятся всегда дешевле, ведь у них есть альтернатива разжиться средствами за рубежом. Поэтому населению, глядя на усредненные значения, радоваться тенденции не стоит – снижение в "их" секторе будет, но не слишком ощутимое.
Тем не менее зазвучали мнения, что рынок кредитования оживает. Условия получения займа облегчает Сбербанк, предусмотревший возможность взятия кредита без поручителя. Правда, в этом случае заем обойдется дороже – 22 проц годовых, вместо 20 проц, под которые можно взять средства при наличии поручителя.
Особой кредитной активности пока наблюдать не приходится, поделилась наблюдениями заместитель начальника отдела кредитования физических лиц Краснопресненского отделения Сбербанка Лариса Алексеева. У потенциальных заемщиков отсутствует уверенность в завтрашнем дне, в частности в своих долгосрочных возможностях погашать кредит. При этом, по ее оценкам, оживился рынок ипотечного кредитования: клиенты, видимо, решили, что "дно" достигнуто.
Что касается прогнозов, то по ощущениям Л.Алексеевой, до конца года снижения ставок ожидать не стоит, несмотря на то, что налицо тенденция: банки идут навстречу заемщикам.
Правда, государственные власти не идут навстречу банкам. Решение Генпрокуратуры о недопустимости повышения банками в одностороннем порядке процентных ставок по уже выданным кредитам может привести к изменению ценовой политики банков, считают эксперты. Полномочия Гепрокуратуры не столь широки, и теперь запрет, видимо, будет существовать законодательно. Председателем комитета Государственной Думы по финансовым рынкам Владиславом Резником была внесена поправка в законодательство, гласящая, что кредитная организация не имеет права в одностороннем порядке менять условия кредитного договора. В частности нельзя увеличивать размер процентной ставки, сокращать срок кредитования, а также вводить дополнительные условия.
По мнению П.Медведева, мера сократит количество "длинных" кредитов. За несколько десятков лет цена денег изменится, и на такой риск решатся пойти лишь немногие банки. Невыгодно принятие такого закона и потребителю, считает С.Моисеев. Зачем заключать договор по фиксированной ставке сейчас, если ставки по ипотечным кредитам в дальнейшем будут снижаться? Это убьет ипотеку, полагает экономист.
В том, что закон пройдет, П.Медведев не сомневается. И тоже полагает, что ничего хорошего он ипотечному рынку не сулит. "Длинные" кредиты станут дороже для заемщика, считает он. "Банкам придется назначать такую ставку, чтобы не "прогореть" при любых раскладах", - говорит он и прогнозирует, что будут сокращены сроки выдачи средств.
Будут ли кредиты доступнее? Возможно, если, пользуясь моментом, какой-либо банк решит пойти на риск и увеличить долю на рынке. А, в общем и целом, предпосылок для облегчения доступа к потребительским кредитам нет. По мнению вице-президента Ассоциации региональных банков России Олега Иванова, денежные власти призывают банки к разумному риск-менеджменту, поэтому кредитные учреждения стараются повнимательнее присматриваться к заемщикам. "То, что можно назвать запретительными мерами, я называю разумным риск-менеджментом", - говорит О.Иванов, полагая, что требования к заемщикам упрощаться не будут.
По его мнению, рынок банковского кредитования "зарегулирован". Причем, не в пользу заемщиков, а "шиворот-навыворот". Именно поэтому вне регуляции остаются "серые" способы быстрого получения необходимых средств. Вообще, ядро проблемы кредитования скрыто в оптовом рынке капитала, ведь инструментов хеджирования валютных рисков в стране нет.
