https://1prime.ru/20260904/sergeychuk-873019380.html

Виталий Сергейчук: бизнесу уже недостаточно просто получить кредит

Виталий Сергейчук: бизнесу уже недостаточно просто получить кредит - 04.09.2026, ПРАЙМ

Виталий Сергейчук: бизнесу уже недостаточно просто получить кредит

В условиях продолжительного периода высоких ставок крупный бизнес меняет подход к финансированию: на смену простому кредитованию приходит комплексная финансовая | 04.09.2026, ПРАЙМ

2026-09-04T09:43+0300

2026-09-04T09:43+0300

2026-09-04T15:48+0300

финансы

банки

втб

дальний восток

вэф-2026

https://cdnn.1prime.ru/img/07ea/09/04/873018725_0:0:3083:1734_1920x0_80_0_0_23845cc84f4c7fda38616689c89e4a7a.jpg

МОСКВА, 4 сен — ПРАЙМ. В условиях продолжительного периода высоких ставок крупный бизнес меняет подход к финансированию: на смену простому кредитованию приходит комплексная финансовая архитектура. О том, как трансформируются стратегии заемщиков, почему облигации не замещают банки, а дополняют их и какие отрасли Дальнего Востока требуют особого внимания, в интервью "Прайм" на полях ВЭФ-2026 рассказал заместитель президента-председателя правления ВТБ Виталий Сергейчук.— Виталий Юрьевич, экономика уже долго живет в период высоких ставок. Как меняются стратегии крупного бизнеса в части дорогого финансирования?— За последний год запрос крупного бизнеса к банкам стал заметно более комплексным. В период максимальной стоимости денег многие компании были сосредоточены прежде всего на ликвидности, обслуживании долга и сохранении финансовой устойчивости. Сейчас к этим задачам постепенно возвращается инвестиционная повестка, но она требует другой глубины взаимодействия.Клиенту и банку нужна комплексная финансовая конструкция под проект, учитывающая источники и сроки фондирования, график платежей, процентные и валютные риски, потребности в оборотном капитале, закупках оборудования и расчетах с контрагентами. Бизнес ожидает от банка не просто кредитного ресурса, а полноценной организации финансовой логистики проекта — с понятной структурой финансирования, контролем денежных потоков и возможностью оперативно адаптировать решение.Отсюда меняется и роль ключевого кредитора. Чем глубже банк погружен в бизнес-процессы клиента, его операционную модель и инвестиционную программу, тем точнее он может предложить решения, поддерживающие финансовую устойчивость компании и экономику конкретного проекта.— Банковское сопровождение проектов — насколько оно востребовано?— Инструмент уже доказал эффективность в энергетике и крупных девелоперских проектах. Сегодня на банковском сопровождении ВТБ находятся инвестиционные проекты общим объемом около 2,5 трлн рублей. Банковское сопровождение дает клиенту дополнительный контроль над инвестиционной деятельностью и одновременно обеспечивает прозрачность целевого использования средств для банка.— Различаются ли приоритеты у компаний в зависимости от их финансового положения?— Безусловно. Для компаний с существенной долговой нагрузкой на первом месте — рефинансирование и увеличение сроков заимствований. Для финансово устойчивых компаний, которые не останавливали инвестпрограммы, востребованы длинное финансирование, лизинг и другие инструменты приобретения оборудования. Компании с большим оборотным циклом активно используют факторинг, торговое финансирование и решения, позволяющие высвобождать оборотный капитал.Крупнейшие заемщики все чаще дополняют банковское финансирование облигациями, высвобождая кредитные лимиты для инвестиционных задач и более сложных структурированных сделок.По сути, крупному клиенту сегодня нужен не отдельный банковский продукт, а финансовая архитектура под конкретную задачу. В одной сделке это может быть кредит, в другой — облигации, в третьей — сочетание проектного финансирования, лизинга, гарантий, факторинга и инструментов управления рисками. Именно в такой модели банк становится для клиента финансовым партнером, который помогает не только привлечь капитал, но и обеспечить эффективность его использования.— Видите ли вы рост интереса компаний к долговому рынку на фоне высоких ставок?— В текущих условиях заемщики стремятся оптимизировать долговые портфели, поэтому активно используют все доступные инструменты, в том числе публичный рынок долга. С начала года объем облигаций нефинансовых компаний в обращении увеличился на 12,4%, превысив 24,5 триллионов рублей. Компании выходят на рынок как для рефинансирования коротких обязательств, так и для привлечения нового долга.За первые семь месяцев года корпоративные заемщики разместили облигации более чем на 4 триллионов рублей — примерно на 8% больше аналогичного периода прошлого года. По сравнению с 2024 годом — двукратный рост. Такая динамика обусловлена активностью действующих эмитентов, возвращением некоторых компаний к размещениям и появлением новых имен: с начала года более 20 эмитентов вышли на рынок впервые.— То есть долговое финансирование замещает банковское?— Дело не в том, что облигации позволяют уйти от высокой стоимости денег: дорогой капитал отражается и в доходностях долгового рынка. Скорее изменилась сравнительная привлекательность разных способов привлечения средств. За прошлый год корпоративные облигации росли быстрее банковского кредитования, и в этом году крупные компании продолжают активнее рассматривать этот инструмент: за первые семь месяцев года компании реального сектора увеличили объем публичного долга на 15%, а задолженность перед банками — около 3%.Частично компании действительно замещают банковское кредитование публичным долгом — прежде всего, чтобы высвобождать кредитные лимиты под инвестпрограммы и более сложные сделки. Но я бы говорил в первую очередь о формировании более диверсифицированной модели финансирования. Компании все чаще управляют не отдельным кредитом или выпуском, а всей структурой обязательств: сопоставляют стоимость, сроки и валюту привлечения, заранее формируют запас ликвидности.В этой модели банковский кредит, облигации, проектное финансирование не конкурируют, а решают разные задачи. Публичный долг позволяет привлекать длинное рыночное финансирование и гибко управлять графиком погашения. Банковский кредит остается базовым инструментом для финансирования конкретных инвестпроектов, оборотного капитала и ситуаций, требующих скорости и индивидуальной структуры. Именно банковское финансирование лежит в основе механизмов господдержки — льготных программ, субсидирования, гарантий.По мере снижения ставок банковское финансирование станет более привлекательным, но сам подход к диверсификации источников капитала, на мой взгляд, сохранится.— Если говорить о Дальнем Востоке, какие отрасли требуют наибольшего внимания?— Сейчас проекты на востоке страны в основном связаны с наращиванием экспортного потенциала и логистической инфраструктурой — в первую очередь грузовой. Строятся Баимский ГОК и Находкинский завод минеральных удобрений, осваивается Удоканское медное месторождение, запускаются Амурский ГПЗ и Амурский ГХК. Продолжается модернизация БАМа, Транссиба и Владивостокского порта, открыт транспортно-логистический центр Артем.Для нас задача — создать для бизнеса финансовую инфраструктуру всего восточного экспортного коридора. С одной стороны, это долгосрочное финансирование портов, терминалов и транспортной инфраструктуры, в том числе с использованием государственных механизмов. С другой — расчеты и торговое финансирование, позволяющие российскому экспортеру уже сегодня работать с азиатскими контрагентами. Именно сочетание этих инструментов делает переориентацию экспортных потоков устойчивой.Рост экспортного и логистического потенциала привлечет на Дальний Восток рабочую силу — а за этим последует активное развитие отраслей, ориентированных на внутренний спрос.— А если говорить не о традиционных сырьевых отраслях — например, майнинге, ИИ, центрах обработки данных? Есть ли у макрорегиона шанс стать локомотивом таких отраслей?— Здесь нужно учитывать два ключевых фактора. Дальний Восток уже не относится к территориям с избыточными энергомощностями. Напротив, с учетом заявленных и реализуемых инвестпроектов в объединенной энергосистеме Востока определен прогнозный дефицит электрической энергии и мощности, для покрытия которого планируется ввод 2,6 ГВт новых генерирующих объектов к 2030 году.Кроме того, необходимо строго разделять майнинг криптовалют и создание центров обработки данных, в том числе для задач искусственного интеллекта. Это разные категории потребителей, и сегодня мы наблюдаем прямо противоположные тенденции их развития.Майнинг проходит стадию сжатия. При текущих ценах добыча ведется на грани либо за гранью окупаемости, устойчивее чувствуют себя те, для кого майнинг не является основным видом деятельности. Отраслевая логика подтверждается регуляторными решениями: в Забайкальском крае и Республике Бурятия майнинг уже ограничен по энергетическим основаниям.Центры обработки данных развиваются в обратном направлении. Услуги дата-центров сегодня остро востребованы, и потенциал этого спроса далеко не исчерпан.— Можно же "разжать" майнинг на дешевой электроэнергии, а ЦОДы всем нужны, особенно для работы нейросетей…— Для энергосистемы принципиально различаются требования этих потребителей: майнингу нужна прежде всего низкая стоимость киловатт-часа, центру обработки данных — надежность электроснабжения на уровне 99,99% доступности и срок эксплуатации, измеряемый десятилетиями.Майнинг целесообразно рассматривать как нишевого потребителя на площадках, где мощность не имеет иного применения: попутный газ, изолированные энергоузлы, сезонный избыток гидрогенерации. Как сценарий развития территории он не работает.ЦОДы на Дальнем Востоке оправданы там, где удаленность не является ограничением. Это обучение моделей и пакетная обработка отраслевых массивов — геология, недропользование, дистанционное зондирование, а также работа на рынки Азиатско-Тихоокеанского региона. При этом в действующих балансах объединенной энергосистемы Востока такая нагрузка не учтена, поэтому любой проект потребует либо собственной генерации, либо участия инвестора в финансировании сетевого строительства.AI- и HPC-дата-центры нельзя строить только потому, что есть свободная энергия. Им нужны быстрые каналы связи и, главное, заранее понятный заказчик на вычислительные мощности. Поэтому сначала — контракт и подтвержденный спрос, затем — строительство дата-центра.Стать центром вычислений можно, но необходим просчет спроса и инвестиций. Стоит ли в нынешних энергоусловиях стремиться к развитию майнинга на Дальнем Востоке — большой вопрос.

дальний восток

2026

Новости

ru-RU

https://1prime.ru/docs/about/copyright.html

финансы, банки, втб, дальний восток