Сближение Путина, Трампа и Си бросает тень на БРИКС
Европа и Азия опасаются, что трехстороннее лидерство США, РФ и КНР ослабит их позиции
© Фотохост-агентство brics-russia2020.ru
МОСКВА, 9 сен – ПРАЙМ. Когда на этой неделе лидеры стран БРИКС соберутся в Дели, основное внимание будет приковано не к итоговой декларации, которая традиционно содержит множество пунктов, а к присутствию ключевых фигур: президента России Владимира Путина, председателя КНР Си Цзиньпина и президента Ирана Масуда Пезешкиана, пишет ИноСМИ со ссылкой на Indian Express. Индийские СМИ сосредоточатся на двусторонних встречах премьер-министра Нарендры Моди, особенно на его потенциальной встрече с Си Цзиньпином, который прибудет в Индию впервые с 2019 года. Лидеры двух стран намерены стабилизировать ситуацию на границах и начать перезагрузку экономических отношений.
Однако, пока БРИКС развивается медленно и сталкивается с внутренними противоречиями, окружающий мир меняется стремительно. Россия и Китай, ключевые движущие силы блока, параллельно изучают возможность как отдельных, так и совместных договоренностей с США. БРИКС, возможно, и считается "богом мелочей", но проблемы с комплексными вопросами становятся все сложнее. Расширение альянса привело к снижению уровня сплоченности.
Война с Ираном расколола Тегерал и Абу-Даби — оба теперь члены БРИКС. Иран требует осудить военные действия США и Израиля, тогда как ОАЭ, пострадавшие от иранских ударов и сбоев в судоходстве через Ормузский пролив, настаивают на защите гражданской инфраструктуры и свободе судоходства. Эти разногласия уже помешали министрам иностранных дел стран БРИКС принять консенсусное совместное заявление в Дели в мае.
Тем временем взаимодействие между Россией, США и Китаем вступает в новую фазу. Президент США Дональд Трамп давно считает, что хорошие личные отношения с Путиным и Си могут снизить глобальную стратегическую напряженность и привести к заключению обширных политических и экономических соглашений. Однако этот подход неоднократно встречал сопротивление со стороны американского внешнеполитического истеблишмента, Конгресса и союзников США.
Европейцы опасаются, что сближение с Москвой может произойти за их счет. Азиатские союзники боятся, что сделка с Пекином может ослабить приверженность Вашингтона региональной безопасности. Трамп пока не преобразовал ни одни из этих отношений, но его предпочтение дипломатии, ориентированной на лидеров, оставляет возможность для сдвигов.
У Путина есть причины стремиться к подобным соглашениям. Четыре с половиной года боевых действий не принесли окончательной победы. Недавние визиты американских посланников Джареда Кушнера и Стива Уиткоффа в Москву и Киев в рамках "челночной дипломатии" вновь открыли дипломатический канал, но пока неясно, удается ли урегулировать фундаментальные разногласия между Россией и Украиной. Москва и Киев хотя и поддерживают новую мирную инициативу Трампа, одновременно готовятся к эскалации конфликта.
Си, в свою очередь, ведет переговоры с Белым домом с других позиций. Его дипломатическое турне — от саммита Шанхайской организации сотрудничества в Бишкеке через Каир и Дели и далее в Вашингтон в конце этого месяца — поможет представить Китай одновременно как лидера Глобального Юга и равноправного поборника международного порядка. На уже втором в этом году саммите Трамп и Си могут сделать акцент на продлении перемирия в торговой войне, дополнительных закупках Китая у США и переговорах об ограничениях в сфере технологий. Однако их разногласия остаются структурными.
Вашингтон обвиняет Китай в использовании субсидированного экспорта и избыточных промышленных мощностей. Пекин использует в качестве рычага влияния редкоземельные элементы, доступ к рынкам и свой контроль над важными цепочками поставок. Си продолжит оказывать давление на Трампа с целью сокращения поддержки Тайваня со стороны Америки. Трамп может поддаться искушению рассматривать вопросы безопасности в Азии как часть более широкой сделки с Си.
В Кремле подтвердили, что Путин и Си обсуждали возможную трехстороннюю встречу с Трампом на саммите АТЭС в Шэньчжэне в ноябре. Идея G3 — группы трех держав — может показаться диковинной, но Трамп проявил к ней интерес и изучал возможность такой встречи прошлым летом, во время празднования 80-летия окончания Второй мировой войны. Такой саммит мог бы ознаменовать начало трехстороннего глобального лидерства — своего рода преемника Ялтинской системы, порождавшей Совет Безопасности ООН и союз пяти держав.
Для индийского стратегического сообщества, которое вскакивает при одной только мысли о G2, идея G3 вызовет еще большее беспокойство. Несмотря на продвижение БРИКС и прославление многополярности в партнерстве с Москвой и Пекином, Дели может оказаться за пределами нового трехстороннего стола переговоров. У Индии есть три ответа на потенциальный мир под руководством G3. Первый — это внутренние реформы и ускоренное экономическое развитие. Второй — Дели следует перестать путать многополярность с антиамериканской блоковой политикой. Россия и Китай используют БРИКС для расширения своих дипломатических возможностей, но сохраняют при этом свободу вести переговоры с Вашингтоном.
Индия должна подходить к формирующемуся мировому порядку с таким же реализмом. Третий ответ: Индия должна активизировать двустороннее и минилатеральное сотрудничество с англоязычным миром, Бразилией, Европой, Японией, Кореей и другими средними державами, которые не испытывают энтузиазма по поводу G3. По мере продолжения работы Дели в рамках БРИКС его место в меняющейся глобальной архитектуре будет зависеть от того, насколько быстро страна укрепит национальную мощь и насколько глубоко удастся развить партнерские отношения за пределами этой группы государств.
