РусГидро (ВBB-/Вaa3/BBB-) вчера опубликовала сильную финансовую отчетность за 1 кв. 2020 г. по МСФО на фоне улучшения операционных результатов в высокомаржинальной гидрогенерации (рост составил 30% г./г.), а также сокращения топливных расходов у тепловой генерации на Дальнем Востоке впервые за долгое время (на 4% г./г. до 22,7 млрд руб. как из-за умеренных цен на уголь, так и сокращения выработки на 3%). Эти факторы вкупе с временным ростом субсидий на Дальнем Востоке на 12% г./г. до 11,5 млрд руб. (по году они должны остаться на уровне прошлого года) и запуском Зарамагской ГЭС-1 в феврале (дает около 0,8 млрд руб. EBITDA/мес.) привели к росту совокупной EBITDA на 23% г./г. до 36,6 млрд руб. (при этом выручка выросла только на 7% г./г. до 117,7 млрд руб.). Таким образом, положительный эффект на EBITDA от роста гидровыработки вытеснил отрицательный от падения цен на электроэнергию, вызванного в т.ч. этим же ростом гидровыработки (цены в Европейской части России упали на 7%, а в Сибири — на 12% г./г.). Чистая прибыль, поддержанная операционными результатами и положительным эффектом от переоценки форвардных обязательств (4,8 млрд руб. против 0,7 млрд руб. в 1 кв. прошлого года), выросла на целых 55% г./г. до 25 млрд руб.

В результате данной переоценки форвардных обязательств (на фоне роста цены акций РусГидро) и увеличения EBITDA, поддержавшего и свободный денежный поток компании, чистый долг упал на 14% кв./кв. до 123 млрд руб., а долговая нагрузка сократилась с 1,5x до 1,2х Чистый долг/EBITDA. Свободный денежный поток составил 17,9 млрд руб. против 7,4 млрд руб. в 1 кв. 2019 г. благодаря как существенному операционному денежному потоку, так и временному эффекту от снижения капвложений (на 31% г./г. до 9,5 млрд руб.). 

Тем не менее, с учетом планируемого роста капвложений в этом году (80-90 млрд руб. против 75 млрд руб. в прошлом году) из-за предыдущих переносов мы ожидаем, что свободный денежный поток в 2020 г. все равно окажется около нуля или даже в минусе. С одной стороны, частично начало инвестиций на модернизацию на Дальнем Востоке может быть отложено до следующего года, в результате чего капвложения могут составить около 80 млрд руб., т.е. на нижней границе указанного диапазона. Однако данный положительный эффект на свободный денежный поток может быть нивелирован ростом дебиторской задолженности из-за карантина и пандемии, риски чего пока сложно оценить, хотя по состоянию на апрель эффект был незначительным, по данным компании. 

Пока, по словам менеджмента, ситуация с гидровыработкой в апреле такая же, как и в 1 кв., однако мы не можем исключать замедления роста генерации ГЭС во 2П 2020 г. Тем не менее, независимо от этого, даже с учетом дивидендов в объеме 15-16 млрд руб. (решение Правительства по ним ожидается в июне), долговая нагрузка компании к концу этого года в любом случае увеличится незначительно (до 1,4-1,5x Чистый долг/EBITDA). Кроме того, у компании есть очень значительная “подушка” ликвидности (322 млрд руб., включая невыбранные кредитные линии на конец января 2020 г.), которой вместе с прогнозным операционным потоком (80-90 млрд руб. в этом году) с запасом хватит на погашение краткосрочного долга (57 млрд руб.), инвестиции (80-90 млрд руб.) в этом году, дивиденды (15-16 млрд руб.), а также на всю программу модернизации на Дальнем Востоке (183 млрд руб.) до 2025 г.

Локальные облигации эмитента котируются со спредом к кривой ОФЗ всего 50-70 б.п., что является низким значением (соответствующим состоянию рынка до марта) в сравнении с другими выпусками 1-го эшелона. Рублевые евробонды HYDRRM 21 (@7,4%) и HYDRRM 22 (@8,125%) имеют спред к ОФЗ более 100 б.п., и поэтому являются лучшей альтернативой локальным выпускам. При ОФЗ, теряющих момент снижения доходностей, интерес участников может сместиться в сегмент корпоративных выпусков высокого кредитного качества (не пострадавшего от COVID-19).