МОСКВА, 18 сен — Dow Jones. ФРС готовится позднее в среду понизить целевой диапазон ключевой ставки еще на четверть процентного пункта. На этом фоне было бы разумно задаться вопросом о том, а не затрудняют ли крайне низкие ставки центральному банку выполнение его задачи по поддержке роста экономики.

Бруклинский мост. Нью-Йорк

ФРБ Нью-Йорка вольет в финансовую систему $75 млрд

Этот провокационный вопрос задали три ученых в опубликованной Project Syndicate работе. Эрнст Лю и Атиф Миан из Принстонского университета, а также Амир Суфи из Чикагского университета утверждают, что обилие дешевого финансирования поощряет экономическую концентрацию, которая тормозит рост.

Согласно традиционной теории, более низкие процентные ставки побуждают компании повышать производительность, инвестируя в технологии. Это должно поддерживать рост экономики. Более низкая стоимость финансирования понижает препятствия на пути капитальных инвестиций. Все это – догмы начальных курсов по финансовому делу, сказано в работе.

В реальности это в большей мере справедливо для лидеров отраслей, чем для прочих, продолжают авторы. Лидеры более сильно реагируют на понижение процентных ставок, отчасти потому, что имеют доступ к наиболее дешевым капиталам. В результате остальные игроки впадают в уныние и сокращают инвестиции, что негативно отражается на производительности.

В результате наверху возникает более существенная концентрация, заключают авторы. Отрасли становятся более концентрированными и растут "ленивые монополисты". С начала 1980-х годов, когда процентные ставки начали снижаться от исторических максимумов, происходит "рост концентрации, рост прибылей компаний и ослабление динамизма бизнеса с замедлением роста производительности", пишут они. Эти тенденции усиливаются со снижением ставок, добавляют авторы.

Для инвесторов портфели с преобладанием лидеров рынка, в которых нет отстающих, с понижением ставок дают позитивные доходы на капиталовложения, продолжают они. Но в экономике в целом крайне низкие ставки приводят к усилению концентрации, а значит, – к ущербу для производительности, и многим это приносит вред, а не пользу.

Скотт Гэллоуэй из Школы бизнеса Штерна Нью-Йоркского университета назвал гигантские технологические компании даже не "ленивыми монополистами", а "Звездами смерти". Они используют свою экономическую мощь, включающую доступ к дешевым, почти бесплатным капиталам, для подавления конкурентов. Например, компания Microsoft  нацелилась на Slack Technologies и на ее мессенджер.

Аналогичным образом Apple  поступает с провайдерами контента, такими как Spotify Technology, "который был стерилизован и теперь вынужден искать новые бизнес-модели".

У Apple также есть много денег, которые компания может потратить на другие сервисы, например, на новый канал Apple TV+, на контент для которого планируется инвестировать 6 млрд долларов, пишет Гэллоуэй.

По его словам, Apple выделяет на одно шоу с известными артистами столько же, сколько Калифорния на 23 университета штата.

Естественно, выделение ресурсов зависит от условий рынка капитала, и Apple воспользовалась райскими условиями последнего времени. Она стала одной из крупнейших компаний, которая смогла до недавних событий на рынке облигаций выпустить долгосрочные облигации с доходностью ниже 3%.

Так в чем же суть дешевых капиталов? Преимущества распределяются неравномерно, в пользу тех, у кого есть максимальный доступ к недорогим деньгам, а не тех, кто может применить их с максимальной пользой. Но нельзя обвинять бенефициаров в том, что они воспользовались последствиями политики, которую определяют другие.

— Автор Randall W. Forsyth, randall.forsyth@barrons.com; перевод ПРАЙМ, +7 (495) 645-37-00, dowjonesteam@1prime.biz

Dow Jones Newswires, ПРАЙМ